1310

«Стесняются языка и крови». Как сохранить умирающую культуру Тофаларии?

Еженедельник "Аргументы и Факты" № 32. «АиФ в Восточной Сибири» 05/08/2015
Тофы не говорят на своем языке. Они его стесняются.
Тофы не говорят на своем языке. Они его стесняются. © / Иркипедия.ру

Супруги Юрий и Наталья Анциферовы - русские, но в поселке Алыгджер Тофаларского муниципального образования их называют главными тофаларами. Свою жизнь Анциферовы посвятили сохранению культуры и быта этого необычного народа, численность которого неумолимо сокращается.

Наталья Кирилловна руководит этно-культурным центром, Юрий Иванович работает там научным сотрудником, а в своё время был главой посёлка Алыгджер. Искорками своего энтузиазма они поддерживают в тофах угасающий интерес к национальным традициям и обычаям. Как рассказала Наталья Кирилловна в интервью «АиФ» в преддверии 9 августа, Международного дня коренных народов мира, чтобы спасти уникальную тофаларскую культуру от забвения, нужно, чтобы уважение к ней воспитывалось в представителях народа с детства. На творческие занятия в свой этно-культурный центр в поселке Алыгджер она старается привлечь тофов от мала до велика.

Наталья Анциферова. Фото: Из личного архива

Жениться на свох не в моде

Досье:
Наталья Анциферова родилась в Тофаларии. С 1991 года руководит этно-культурным центром в п. Алыгджер. Более 20-ти лет посвятила тому, что по крупицам собирала и восстанавливала традиции культуры и быта тофаларского народа. Ей удалось широко и полно представить его самобытность жителям Иркутской области. Её воспитанники регулярно занимают призовые места на творческих фестивалях страны и региона.
Светлана Латынина, «АиФ-Иркутск»: - Наталья Кирилловна, в Иркутской области проживает 667 тофаларов, говорит нам статистика, но всем известно, что чистокровных их осталось вовсе несколько десятков. Вы родились в Тофаларии, хорошо знаете эту территорию и её людей, расскажите, сами тофы заинтересованы в сохранении своего народа?

Наталья Анциферова: - Вы знаете, если тофалар женится, то почему-то на русской, или тофаралка выходит замуж за русского. У них не заведена, как, например, у бурят, традиция создавать семьи из представителей своего народа. Они не стремятся сохранить свой род, не задумываются об этом. Вот в чём беда.

Носители тофаларского языка ещё есть, но нет таких семей, в которых бы на нём говорили дома. Дети его учат в школе, но недолго, и, вы представляете, они его стесняются!

- Широко распространено мнение, что советская власть буквально сломала этот народ, когда кочевники-оленеводы были вынуждены стать членами колхозов. Вы согласны с мнением, что этот коренной перелом в их жизни не самым лучшим образом на них отразился?

- Действительно, говорят, что зря в советское время тофаларов вынудили осесть на одном месте, отучили их от кочевого образа жизни. А я считаю, что это было верное решение. Не сделай этого, сколько бы их голодных кочевало по тайге, они же целыми семьями умирали. Жили бы сейчас в юртах в холоде, а их приучили к хозяйству, научили коров доить, в домах жить.

Но вот когда их как коренной малочисленный народ перевели на государственное содержание, обеспечив разными льготами, этим и разбаловали, я считаю. Детский сад - бесплатно, высшее образование - бесплатно, дома помогают строить, им особо ни о чём думать не надо. Теперь многие из них и работать не хотят. Конечно, в Тофаларии существует серьёзная проблема с рабочими местами, у нас в Алыгджере из организаций только бюджетные - школа, детсад, дом культуры, наш этно-культурный центр, больница, администрация, почта. Люди выживают благодаря тайге и животноводству, пожилые пенсию получают. Безработных много, возможностей для заработка мало, но и желающие работать, откровенно говоря, толпами не ходят.

Алыгжер. Фото: Иркипедия.ру/ Алексей Головщиков

Кто, если не мы

- Тяжело быть хранительницей национальных традиций народа, который так пассивен?

- Я не думала о том, тяжело или нет, потому что считаю это своим долгом. Я родилась и выросла на этой земле, мои родители дружили с тофаларами.

В любом случае необходимо эту культуру поддерживать, «тянуть», надо, чтобы она процветала и оставила достойное наследие будущим поколениям. Если сегодняшнему поколению ничего не нужно, может быть, другое, наоборот, сможет этим достоянием грамотно пользоваться, вспоминая и почитая предков. Стариков надо помнить. Я всегда говорю: мы должны жить настоящим, не забывать о прошлом и думать о будущем.

Жалко, что старики уходят из жизни, старшее поколение тофаларов ещё ценит традиции своего народа, а вот молодёжь ими не интересуется. В нашем фольклорном ансамбле «Дыырак ибилер» («Быстроногий олень») есть старожил, ему 80 лет, он на каждом празднике зрителям сказку рассказывает, и с каждым годом он всё интереснее и веселее становится!

А молодёжь, я, можно сказать, заставляю знакомиться с обычаями предков и заниматься саморазвитием. К нам дети с пяти лет ходят, все занятия бесплатные, материалами мы их сами обеспечиваем, лишь бы без дела не сидели. В кружках 60 человек занимаются декоративно-прикладным творчеством, делают изделия из берёсты, меха, кожи, создают амулеты, обереги, картины. В фольклорном ансамбле танцуют, поют на тофаларском языке. Регулярно выезжаем на всероссийские фестивали. Первый раз ездили в 2008 году - в Москву, и сразу же получили золотую медаль Всероссийского выставочного центра.

Фото: Из личного архива

Иногда от тофаларов слышу упреки в свой адрес за то, что настойчиво призываю их к творческой деятельности, но не обижаюсь. Мы с Юрием Ивановичем, наоборот, защищаем их. Вот говорят, что тофы пьют, потому и живут в такой депрессивной среде. Но русские ведь тоже пьют.

Кстати:
Коренными и малочисленными народами в Иркутской области являются тофы и эвенки Последних насчитывается порядка 1 тыс. 200 человек. Эти народы живут в труднодоступных уголках региона - Катангском, Казачинско-Ленском, Качугском, Нижнеудинском, Бодайбинском, Усть-Кутском районах.

- Обычно корни все равно дают о себе знать, гены как-никак сильнее человека. Неужели инстинкты, присущие этому народу, у тофаларов так сильно притупились?

- Дело в том, что произошло очень серьёзное смешение кровей. Но всё-таки связь с предками, надо полагать, ещё не оборвалась, иногда это видно по поведению современных тофов. Вот у нас в посёлке живёт один тофалар, молодой, а в юрте готов поселиться. Им по линии соцзащиты дома строят, а он в бане обосновался, она маленькая, ему там уютно, печку натопит и не надо ему никаких больших комнат. А раньше тофалары не могли в домах жить долго, надо, чтобы обязательно юрта в ограде стояла.

Некоторые в город уезжают, но возвращаются. Ищут лёгких путей, а в городе надо работать. Из молодёжи кто уезжал, все вернулись. А некоторым, особенно парням, тяжело из-за того, что без тайги жить не могут.

Боевое настроение

- Не думали о том, что когда-то отпадёт необходимость сохранять эту культуру, потому что народа не станет?

- Ни в коем случае! Надо бороться все время, обновлять народ.

Я сейчас пытаюсь их заставить шкуры выделывать. Уверена, что необходимо к этому ремеслу возвращаться, хочу, чтобы они обувь, одежду научились себе шить. Эта мысль меня не покидает! Мы дорогущую швейную машинку в центр купили, а мне хочется, чтобы они шили вручную. Я себе такую задачу поставила и намерена её выполнить, потому что всё в жизни реально, надо только стремиться к цели.

Мужское население, конечно, и сейчас выделывает шкуры. Убивают изюбря, кабана, кабаргу. Но процесс, как принято говорить, модернизировали, они даже возят с собой в тайгу минидвижки, и сидят шьют себе чуньки. А раньше какие полотна вручную делали, чтобы юрту покрыть! У тофов же летом берестяной чум был, а зимой меховой - из оленьих шкур.

- В обществе принято считать, что во всех проблемах народа всегда виновата власть. А что она должна сделать, чтобы встряхнуть тофов? Как донести до них национальную уникальность, которая не должна восприниматься ими как повод для получения материальных преференций?

- Я думаю, не столько власть должна пробудить народ, сколько в первую очередь ему самому необходимо осознать, для чего он живёт, в чём нуждается и чего хочет. А пока получается, что мы ему навязываем свой оптимизм и активную жизненную позицию. Очень много зависит от самих людей, они должны найти стимул к действиям. Мы со своей стороны можем только помочь, подставить плечо на этом пути включения сознания. Например, нужно обеспечить соответствующее образование, ведь, например, у нас в этно-культурном центре даже не все учителя ещё побывали. Это неприемлемо. Пока люди сами не захотят изменить свою жизнь, никто за них это не сделает.

Оставить комментарий (0)

Также вам может быть интересно

Загрузка...

Топ 5 читаемых

Самое интересное в регионах