aif.ru counter
456

Елена Почаева: «Отказникам нужно помогать не материально, а программно»

Еженедельник "Аргументы и Факты" № 20. «АиФ в Восточной Сибири» 15/05/2013
Фото предоставлено благотворительным фондом «Байкальское солнышко»

Иркутск, 15 мая - АиФ-ВС. У директора Иркутского благотворительного фонда «Байкальское солнышко» Елены ПОЧАЕВОЙ на эту проблему свой взгляд. Мы встретились с ней накануне Международного дня семьи, чтобы поговорить о том, почему у нас так много брошенных детей и какая помощь им сейчас нужнее.

По накатанной

- Елена, принято считать, что сироты и отказники ни в чём не нуждаются, якобы финансирование в последнее время хорошее - игрушки, одежда, канцтовары есть, питание нормальное. Чего всё-таки не хватает ребятишкам?                          

Елена ПОЧАЕВА

- Индивидуального внимания. Врачи посчитали, в условиях обычного дома ребёнка за сутки малыш получает лишь 12 минут личного внимания, из них на ласку в чистом виде - погладили по головке, прижали к себе, взяли на руки - приходится не больше 2 минут. Всё остальное время занимают подмывание попы и кормёжка. Обычно в казённых учреждениях заботятся только о физической сохранности малышей, их психическое развитие, а тем более эмоциональное состояние никого не волнует. При таком подходе ребёнок не осознаёт себя личностью, он уверен, что никому не нужен, но при этом считает, что ему все чего-то должны. Так мы воспитываем иждивенцев. Винить в этом детей не стоит: что вложили, то и получили.

У нас много благотворительных организаций, но они оказывают в основном материальную помощь - проводят праздники, субботники, привозят детям подарки, сладости, фрукты. Учреждения приучили бизнес к такой форме помощи. Я называю это затыканием дыр. Технология работает безотказно: богатый дядя приезжает в дом ребёнка, его знакомят с воспитанниками, обязательно загоняют на утренник, почти всегда садят на коленки малыша, а потом ведут по кабинетам и комнатам с экскурсией, тонко намекая: «Здесь бы окна поменять, а здесь телевизор поставить». В первый раз все ревут. Я тоже ревела, но потом стала понимать, что это технология. И на латание дыр никаких денег не хватит. Не надо слепо покупать новую мебель, технику и игрушки, нужно поддерживать программы профилактики сиротства, менять систему казенного воспитания - влиять на причину, а не на следствие.

Сейчас в регионе разрабатывается долгосрочная программа «Дети Приангарья» на 2014-2017 годы. Но к её обсуждению и формированию почему-то не привлекаются некоммерческие организации, способные реализовать действительно прорывные проекты. Мы «барахтаемся» сами по себе. Например, почти год в Усольском доме ребёнка работает проект «Как дома». Результаты потрясающие.

Фото russianlook.com

 

Забота с уважением

- Потребовались кардинальные меры?

- Да. Самым сложным было перевернуть сознание персонала и научить его относиться к детям по принципу «Забота с уважением». Обычно в стандартной группе 15 малышей одного возраста. Воспитатели, няни и медики работают посменно - сутки через двое или трое. Не успеют дети установить контакт с одним взрослым, как на следующий день приходит уже другой - и опять всё с начала. В итоге у ребятишек не возникает привязанности к людям, а это базовое условие для формирования личности. Государство тратит огромные деньги на содержание домов ребёнка, а дети серьёзно отстают в развитии от «домашних» сверстников.

В Усолье каждая группа делится на маленькие подгруппы, в которой воспитываются малыши разного возраста, в том числе инвалиды. Каждый день работают два воспитателя - один до обеда, второй после. Словно это мама и папа. Изменения появились буквально через месяц. Дети стали совсем другие. Они сразу почувствовали, что у них теперь есть постоянный взрослый, к которому они могут обратиться с вопросом, пожаловаться или просто посидеть рядом.

Но 10% персонала постепенно уволилось: не смогли перестроиться.

- Большинство людей не воспринимают сирот и отказников как обычных детей: «у них плохая генетика», «они там все инвалиды», «не могут нормально учиться», «не поддаются воспитанию» и пр. Вы работаете с такими детьми - это действительно так?

- На 90% - это миф. Отказники - вполне нормальные дети. Тяжёлые патологии имеют процентов десять, остальные здоровы. Главное - как можно раньше устроить ребёнка в семью. После социальных учреждений, которые работают по обычной системе, малышу требуются годы психотерапии. Поэтому иностранцы, когда усыновляют наших детей, сразу обращаются к психотерапевту. У нас же такая помощь слабо развита.

- А как вы относитесь к закону «Димы Яковлева», который запрещает американцам усыновлять русских детей?

- Я лично отношусь отрицательно. Если посмотреть, что происходит в русских семьях, то в американских - ещё цветочки. Просто нужно более серьёзно подходить к проверке иностранных усыновителей. На мой взгляд, данный закон - чисто политический акт.

- Ежегодно в Иркутской области от детей отказываются 200 матерей. Что чаще всего толкает их на этот шаг?

- Самая распространённая причина - оставил мужчина, женщине негде жить, у неё нет возможности кормить не только новорождённого ребёнка, но и нескольких предыдущих. Для таких мам должна быть социальная гостиница. Достаточно снять несколько квартир по городу - и это уже решит ситуацию. В Новосибирске, например, таких гостиниц 5-6.

Молодых мам до 20 лет за два года не было ни одной. Зато очень много брошенных детей, родители которых сами когда-то воспитывались в детских домах. Это порочный круг. Бывает, отказываются от детей материально обеспеченные, благополучные семьи.

Ребёнок им просто не нужен, а аборт вреден для здоровья или портит карму, считают они.

При этом часто мамы пишут не полноценный отказ, а заявление о временном размещении в доме ребёнка. Они знают, что никогда туда не придут, но лишают малыша возможности быть усыновлённым. Действительно забирают детей не больше 20% родителей, остальные оставляют навсегда.

Больничные дети

- И прежде чем попасть под опеку государства, эти дети живут в обычных городских больницах…

- В больнице отказники должны находиться месяц, но если документы не оформлены или нет мест в доме рёбёнка, малыша переводят в другое отделение, чтобы не нарушать законодательство. Таким образом, ребёнок скитается по разным койкам по 2-3 месяца. Медицинское учреждение получает на содержание этих детишек такие же средства, как на любых других пациентов. Подгузники, игрушки, постельное бельё, даже одежду или элементарную соску-пустышку больница вынуждена приобретать из каких-либо своих резервных источников (если они есть), либо надеяться на помощь сердобольного персонала, неравнодушных мам из соседних палат да частных добровольцев.

Но даже сытый и ухоженный младенец, лишённый в первый год жизни иных впечатлений, кроме белого потолка больничной палаты, начинает безнадёжно отставать в развитии. В штате медучреждения нет отдельного персонала для ухода за отказниками. Как за теми, кто живёт в больнице, так и за теми, кто поступает, например, на операцию.

Мы столкнулись с этим два года назад. Из Слюдянского дома ребёнка отправили на операцию в Иркутск годовалого Серёжку. Няни, которая бы могла лечь с ним в больницу, не было. Поскольку быстро найти кого-то не удалось, пришлось лечь с ним самой. Мальчик весил 6 кг, умел только переворачиваться. Через два дня меня сменила подруга - теперь она руководитель программы «Больничные дети». Ещё через несколько дней - другая приятельница. Спустя два месяца Серёжка уже ходил. Как только он почувствовал материнское тепло и заботу, у него тут же активировались все жизненные процессы в организме, он начал быстро догонять сверстников.

Оказалось, что система службы нянь очень востребована в нашей области. Сейчас в фонде 14 нянь.

Смотрите также:

Оставить комментарий (0)

Также вам может быть интересно

Загрузка...

Топ 5 читаемых

Самое интересное в регионах