aif.ru counter
377

По остаточному принципу. В медицине мы всё ещё надеемся на везение

О том, почему медицине, с одной стороны, не хватает финансирования, а с другой, она испорчена деньгами, корреспонденту «АиФ в ВС» рассказал военный хирург, заслуженный врач РФ, полковник медицинской службы в отставке Борис Бляунштейн.

В июле Борис Моисеевич отметил 80-летие. До сих пор он продолжает работать в Иркутском военном госпитале, с которым жизнь врача связана уже 56 лет:

- Когда в 1990-м году подошёл мой пенсионный возраст, хочешь не хочешь, надо было уходить с медицинской службы. Я уволился в конце декабря, просидел десять дней дома, понял, что так не могу, и 2 января снова был в госпитале. Правда, уже не как военный, а как гражданский врач.

Сохранили с потерями

Юлия Вяткина, «АиФ в ВС»: Как живёт военная медицина в мирное время?

Борис Бляунштейн: Тяжело. Но это не значит, что нам война нужна, чтобы «расцвести». Просто сейчас из-за общего кризиса нелегко живётся всем,  не только медицинским отраслям.   Всё и вся нуждается в деньгах.  И мало, кто знает, что одно из старейших и единственное  подобное медучреждение в нашей области, ещё четыре года назад могло повторить судьбу ИВВАИУ - его чуть не ликвидировали. Без потерь госпиталь не обошёлся: в нём осталось 150 мест вместо прежних 600, но окончательно его не закрыли.

Борис Бляунштейн. Фото: Из личного архива

- Если бы госпиталь закрыли, то военнослужащие лечились бы в обычных поликлиниках?

Досье:
Борис Бляунштейн родился в 1936 году. Окончил Иркутский государственный медуниверситет. В 1962 во время Карибского кризиса его призвали на военную службу. 1966-1969 гг. служил в Монголии. По собственным подсчётам, провёл около 5 тысяч операций.

- Да, тем, кто живёт далеко от Иркутска, так и приходится делать сейчас. В экстренном случае не повезёшь же больного сюда к нам за несколько сотен километров. Можно и не довезти. Например, в Израиле другая система. Там нет военных медучреждений, только гражданские. Не знаю, хорошо это или плохо. Ведь военная медицина и военно-полевая хирургия сильно отличаются от обычной: специфика другая, особые этапы лечения. Только отличие это проявляется не в мирное время. Нет смысла отрицать, что армия содержится не для мира, а для войны. И военные госпитали тоже нужны на этот случай. Вы знали, что во время Великой Отечественной войны была «несгибаемая» медицина: 72,5 процента людей спасали и восстанавливали обратно в строй?

Глазами операцию не проведёшь

- Всё-таки военная медицина, несмотря на свою специфичность, неотделима от гражданской. Россия входит в десятку первых стран по количеству врачей на душу населения. Но до сих пор не всем доступно быстрое и оперативное лечение. Люди шутят, что легче дождаться записи к президенту, чем на какую-нибудь процедуру.

 

- Живём по остаточному принципу, ни для кого это не секрет. На мой взгляд, сейчас медицину испортили деньгами, «платностью» и частностью. Люди идут и платят, потому что здоровье дороже. Хотя частная медицина не гарантирует качество, это просто стереотип.

- Что нужно сделать, чтобы повысить привлекательность профессии врача?

- Здесь всё стандартно, нового ничего не изобретёшь. Нужно качественное образование и достойная оплата труда. Мы разговаривали с моим одноклассником, когда он был заведующим одной из кафедр в медуниверситете. Он жаловался на то, что студентов всё больше отдаляют от реальной физиологии и анатомии, они учатся только по картинкам. «По картинкам», конечно, можно узнать всё, а вот что потом делать с этими знаниями - непонятно. Глазами ты операцию не проведёшь. Мы сейчас многое, не только практику, заменяем виртуальной реальностью. И ведь законы этому способствуют! Но для врачей практика - ключевой элемент.

Кстати:
Иркутский военный госпиталь «официальный» отсчёт свой деятельности ведёт с 1837 г., и в следующем году отпразднует 180-летний юбилей. Но точную дату основания историки так и не установили. Вероятно, его корни уходят в XVIII век.

- Как вы оцениваете наш уровень медицины?

- Благодаря техническому прогрессу и оснащению, конечно, уровень стал высоким. Говорят, что до далёкой Сибири мало что доходит, но с этим я не соглашусь. Наш онкологический диспансер стоит на уровне столичных клиник. У нас могут сотворить многие вещи, которые делают и в Германии, например. Я думаю, что передовые медучреждения Иркутска не уступают центральным. В детской областной больнице проводят операции, за которые и в Москве не все возьмутся. Многие стремятся за границу. Да, не спорю, сервис и обслуживание там лучше, но только единицы смогут оплатить лечение своими силами.

- Но от высокого технического уровня обычным людям не будет пользы без доступности…

- А вот здесь загвоздка. Доступность - это у нас считается вопросом номер два, хотя должна быть первой. Слово «доступность» в наше время можно описать так - кому как повезёт. Но дело ещё в том, что некоторые наши люди не в полной мере знают свои права. А потому не всегда идут до конца и добиваются положенной по закону помощи. Я бы посоветовал каждому уделить время для медицинского ликбеза, поскольку защищать себя нужно уметь.

Смотрите также:

Оставить комментарий (1)

Также вам может быть интересно

Загрузка...

Топ 5 читаемых

Самое интересное в регионах