В клубах — вечера и фильмы до утра, на улицах ночью — шествие безбожников. Примерно так в России 1926 года отмечали Пасху которая, вдобавок, совпала с Первомаем. Если кто-то думает, что Библионочь и Ночь музеев — это явление исключительно нового времени, то нет. Уже было. С помощью массовых культурных мероприятий столетитие назад пытались бороться с Пасхой. О том, как это было, рассказывает сайт irk.aif.ru.
Красная «заутреня»
1 мая 1926 года совпадало с Пасхой, чтобы отвлечь от неё горожан, на площади было разыграно грандиозное театрализованное представление «Пути к мировому Октябрю». Оно напоминало спектакль в трёх частях: «Восстание Степана Разина», «1905 год», «Октябрь. Старожилы назвали этот праздник «Красной заутреней», его посмотрели, как сообщала печать, 8 тысяч зрителей.
Для губернского города, которым 100 лет назад был Иркутск успех грандиозный. Даже если количество любопытствующих и преувеличили (что вряд ли, шли смотреть организованно — заводскими цехами, школьными классами, комсомольскими ячейками), он был. Вдобавок зрелище организовали по моде тех лет — на огромной сцене всю ночь не раздавалось ни звука голоса, только движущиеся массы людей, музыка, гром пушек. Большие, высвеченные светом прожекторов надписи на фоне «индустриального» панно, расписанного художниками. Сапёры Красной Армии соорудили систему площадок, увенчанную скульптурой Ленина.
Звука не было, потому что, как писали губернские газеты «спектакль шел в стиле кино-темп», а кино того времени было немое. Стоила «заутреня» бюджету в 300 рублей (а один рубль того времени на наши деньги — примерно 500 рублей).
Все художники города были вовлечены в работу. Они писали лозунги, транспаранты и плакаты, агитирующие за Советскую власть, оформляли карнавал — шествие девяти колонн, «девяти Октябрей». Карнавал этот был противопоставлением Крестному ходу на Пасху.
Выглядело это мощно, а подобные представления организовывались в то время везде.
«Отречёмся от старого мира»
«В 1921 году на Кубани власти сделали все возможное, для того чтобы максимально привлечь население к участию именно в пролетарском празднике, — рассказывает в своей работе историк Сергей Шаповалов. — Рабочим-ударникам, помимо специального пайка, выдавалось дополнительно по четверти фунта постного масла, сахара и — курящим — табака. Местный совпроф объявил нерабочими днями: 30 апреля, 1 и 2 мая. Организаторы заполнили эти дни всевозможными мероприятиями. В Краснодаре проводился военный парад, демонстрация трудящихся, торжественный митинг, массовые художественные инсценировки и народные гуляния. В Новороссийске состоялись парад и дефилирование войсковых частей. Вечером во всех театрах и клубах — спектакли и концерты».
В 1926 году размах был не тот, действовал уже циркуляр — проводить борьбу «без перегибов». Только в том случае если успех гарантирован. Инструкторы наставляли: «от антирелигиозных выступлений вообще в пасхальные дни следует воздержаться... с призывом всех выйти на демонстрацию, что является лучшим актом антирелигиозной пропаганды».
К тому времени Пасха оставалась в календаре в качестве праздничного дня, однако продолжительность нерабочих дней Пасхальной недели была уменьшена. Выходными объявлялись пятница и суббота Страстной недели, а также понедельник и вторник Пасхальной недели. До революции гуляли 10 дней — с большим размахом. Помимо самой Пасхи, в число выходных входили четверг, пятница и суббота Страстной седмицы, а также дни Светлой седмицы.
Насчет перегибов предупреждали не зря — бывало разное, и с обеих сторон. В том числе и звон разбитых стёкол в храмах.
«Хулиганы Ильин и Доровских (село Верхний Вулай) на Пасхе бросили в церковь бомбу. Первый из них приговорен судом к лишению свободы сроком на 5 лет, второй—на 3 года». Это — из прессы 1926 года. О жертвах не сообщалось.
За дебош в отношении верующих могли строго покарать и по партийной линии. Так, в 1927 году на общем собрании ячейки ВКП(б) при Мотовилихинском РИКе в Пермской губернии рассмотрено личное «дело т. Гаврюшенко». Ему вменялось появление в Пасху в милицейской форме, в пьяном виде. Он ездил по улице и выкрикивал — «И на нашей улице будет праздник». За это милиционера сначала исключили из рядов, но затем ограничились строгим выговором.
Впрочем, за поход в церковь на Пасху в этот период уже исключали из комсомола и партии. А гонения на церковь, закрытия приходов и реквизиция ценностей началась сразу же после революции. Но рядовых верующих и крупные праздники задевать ещё боялись — опасались бунтов.
Под марш Будённого
Церкви в 1926 году ещё не закрыли, это массово произойдёт позже, в тридцатых. В конце же 20-х и начале 30-х продолжались пропагандистские комсомольские пасхи с представлениями самодеятельности, а кое где и с факельными шествиями. Вот отрывок из репортажа об этом того времени. Стиль мы сохранили сознательно.
«С вечера до рассвета молодёжи в церкви не было. Сумерки! Замелькали электрические светлячки, освещая дорогу пучком света. Звон колоколов не заманит рабочих колхозниц, молодняк. Среди дряхлого звона бодро звучит марш.
Рабочее предместье. В центре — клуб, окруженный двумя церквями. Рабочий молодняк идет в клуб культурно провести время. Лишь дряхлые старушки идут в церковь. Богомольцев десятка полтора. А против залиты светом окна клуба. Марш Буденного бодро звучит. Клуб полон. Впереди на авансцене плакат „Ни одного прогула в дни пасхи“. Три сигнала. Короткий доклад „Религия и третий год пятилетки“. Докладчик вскрывает сущность религии, контрреволюционную деятельность поповщины всех рангов. Крестовый поход, басни о принудительном труде.
С 10 часов вечера, под пасху, театр, кино, клубы, красные уголки стали наполняться комсомольскими, профсоюзными организациями. В гортеатре — большой концерт. В клубах, на улице, в красных уголках раздавались далеко за полночь веселые голоса. В эту ночь нельзя было не почувствовать, что религия отживает свое последнее время. В „пасхальную“ ночь в большинстве предприятий и учреждений проведены антирелигиозные вечера, продолжавшиеся до 3-4 часов ночи».
Впрочем, сказать, что эта «борьба» имела успех, конечно, нельзя. Иначе как бы, после десятилетий «забвения» в конце 80-х годов прошлого века храмы наполнились сразу же? Отдыхая в начале мая, люди норовили в Пасху заглянуть в храм.
Пройдёт еще несколько лет и гонения на религию усилятся. В январе 1930 году комиссия по вопросам культов при ВЦИК РСФСР изменила порядок принятия решений о ликвидации церквей, передав эти полномочия краевым и областным исполкомам.
Подписывайтесь на АиФ в  MAX
|
