Тридцать лет назад озеро Байкал включили в список Всемирного наследия ЮНЕСКО. К годовщине этого события в Иркутске состоялся Байкальский международный экологический конгресс, на котором эксперты из разных сфер — науки, природоохранных структур, бизнеса, общественных организаций и органов власти — обсуждали, возможно ли одновременно сохранять уникальную водную экосистему и развивать туризм на берегах озера. Подробности — в материале irk.aif.ru.
Сети как оружие
Пластик на берегах Байкала — проблема, на которую обратили внимание уже давно: акции по сбору мусора проводятся ежегодно, а необходимость постепенно отказаться от оборота посуды и упаковки из неразлагаемых материалов рядом с озером неоднократно поднималась на самом высоком государственном уровне. Однако, как отмечают учёные, не меньшую опасность для «славного моря» представляет пластик, который находится в воде в виде дешёвых сетей для ловли рыбы.
«Рыболовные сети вообще нужно приравнять к холодному оружию — сделать так, чтобы и продавать их, и покупать можно было лишь по лицензии, и было понятно, кто, когда и для какой цели их купил, — заявил на одной из сессий Байкальского экологического конгресса ведущий научный сотрудник лаборатории экологии прибрежных донных сообществ Института океанологии им. П. П. Ширшова РАН, кандидат биологических наук Филипп Сапожников. — Это не удочка, не спиннинг, а самое настоящее оружие массового поражения. Опускаясь на дно, нейлоновые сети покрывают большие пространства, а дальше запускается цепная реакция умервщления донной биоты — то есть тех организмов, что живут на грунте. Какие-то обитатели воды гибнут, запутавшись в этих сетях, но это полбеды. Под воздействием диатомовых водорослей и цианобактерий, облепляющих сети, пластик, из которых они состоят, начинает постепенно растягиваться и трескаться. За пару лет от „ковра“ сети остаётся тонкий хрупкий шнур, оплетающий камни, а всё остальное в виде микропластика рассеивается вокруг. Он дальше встраивается в пищевые цепочки, оседает на дне и так или иначе влияет на экосистему».
Дурно пахнущий вопрос
Качество воды, которая поступает в озеро из притоков, тоже вызывает вопросы у научного сообщества — очистные сооружения, которые работают рядом с Байкалом, очевидно, нуждаются в модернизации, говорят в Лимнологическом институте СО РАН.
«Примерно 50 % приточности в Байкал обеспечивает Селенга — это самый крупный и одновременно самый грязный приток», — отмечает доктор биологических наук, главный научный сотрудник ЛИН СО РАН Валентин Дрюккер. По его словам, в открытом Байкале вода полностью отвечает нормам питьевой воды, однако там, где в озеро впадают реки, ситуация другая. Институт разработал схему санитарно-микробиологического мониторинга, применение которой позволит компетентным органам принимать решения, ориентируясь на актуальные научные данные, — поскольку микроорганизмы первыми реагируют на изменение состояния воды. Необходимость совместной работы власти с научным сообществом поддержал и руководитель Енисейского БВУ «Росводресурсов» Сергей Капустин. «Такое взаимодействие позволяет своевременно выявлять риски и обеспечивать надёжную защиту уникальных экосистем», — заключил он.
Доктор биологических наук, директор НИИ биологии озера Байкал Иркутского государственного университета Максим Тимофеев обратил внимание на правильное понимание масштаба проблем.
«В Байкале более 23 триллионов тонн воды, все его притоки — это 60 миллиардов тонн, то есть 0,2 %. То есть получается, что в основном Байкал остаётся практически нетронутой системой с кристальной водой питьевого качества. Но значит ли это, что угроз нет? Не совсем. Просто они сосредоточены на тех 2-3 % береговой линии, где живёт человек, — собственно, человек эти проблемы и создаёт», — пояснил он. По мнению эксперта, 99 % существующих на Байкале экологических проблем решаются чётким исполнением действующего законодательства, а остальные связаны с глобальными процессами, на которые человек не может влиять.
«Дикие» гости
О неорганизованном туризме как факторе риска для природы Байкала говорят не первый год — не обошлось на конгрессе и без этой темы.
«Любая операционная деятельность сопровождается пониманием, как минимизировать воздействие на окружающую среду. Но такое ощущение, что у сектора туризма таких планов просто нет, — заявила генеральный директор фонда „Вольное дело“ Ирина Бахтина. — Между тем мы видим, что этот бизнес оказывает на природу самое прямое воздействие, взять хотя бы пресловутые „буханки“ на Ольхоне, которые раскатывают колеи и вывозят кучу туристов, которые вытаптывают ценные виды».
Советник руководителя «Росводресурсов» Илья Разбаш, выступая на экспертной сессии «Устойчивый туризм», подчеркнул, что развитие туризма на водных объектах должно учитывать не только экономические интересы регионов и запросы путешественников, но и необходимость сохранения природных экосистем.
«Водные достояния России становятся центрами притяжения для миллионов людей, поэтому развитие туризма должно основываться на принципах экологической ответственности. Необходимо учитывать допустимую нагрузку на экосистемы, развивать современную инфраструктуру и формировать бережное отношение к воде. Наша общая задача — сделать так, чтобы знакомство с уникальными природными территориями помогало людям осознать их ценность», — резюмировал он.
Подписывайтесь на АиФ в  MAX
|
Вверх тормашками! На Байкале льдом выломало причал, простоявший 20 лет 
Иркутские учёные показали, как работают на Байкале в -37°C 
Без вреда для природы. Как сделать отдых на Байкале более экологичным 
На Солзанском полигоне. Учёные выбирают, как рекультивировать отходы БЦБК