Примерное время чтения: 11 минут
327

Человек, который спешит на помощь

Еженедельник "Аргументы и Факты" № 5. АиФ в Восточной Сибири 02/02/2022
Виктор Бучинский в санавиации с 1982 года
Виктор Бучинский в санавиации с 1982 года Иркутский областной центр медицины катастроф

«Утром в районы вылетели три вертолёта и один самолёт с бригадами для медэвакуации пациентов», – говорит директор Иркутского областного центра медицины катастроф Виктор Бучинский и уточняет, что обычно санавиация делает два рейса в сутки, но случаются и совсем горячие дни, как сегодня.

В прошлом году врачи медицины катастроф совершили 677 вылетов, всего отработали 3718 экстренных вызовов. В ликвидации многих чрезвычайных ситуаций, а их ежегодно происходит в Приангарье более шестидесяти, Виктор Станиславович участвует лично. Первый свой вызов он принял 40 лет назад.

40 лет эвакуаций

– С 1982 года я начал работать гастрохирургом в областной клинической больнице и одновременно пришёл в санавиацию бортхирургом на полставки, – вспоминает Виктор Бучинский. – В те годы мы ездили оперировать тяжёлых больных в города и посёлки на «таблетках» – уазиках. Иногда добирались поездом. Воздушный транспорт задействовали нечасто – один-два раза в неделю. Новый этап развития санавиации пришёлся на 1991 год. Тогда при областной больнице создали центр экстренной медицинской помощи в чрезвычайных ситуациях. Меня перевели на должность заместителя главного врача, ответственного за работу нового подразделения.

Владимир Шпикалов, «АиФ-Иркутск»: Получается, что в Иркутской области уже в 1991 году работал прототип центра медицины катастроф?

Виктор Бучинский: Да, принцип тот же. По телефону или по факсу принимали заявку, если требовался перевод в Иркутск – выполняли медэвакуацию: вывозили пациента на автомобиле или забирали вертолётом. В нашем центре было 44 ставки. Работали бригады хирургические, педиатрические, консультативной помощи. Круглосуточные смены. Юридически мы оставались отделением больницы. Очередная реорганизация произошла в 1998-1999-м, а первым нашим рабочим днём в качестве регионального центра медицины катастроф стало 1 января 2000 года.

– После смены названия задачи остались прежними?

– Задача всегда одна – оказание экстренной медицинской помощи, но подход к её решению поменялся. Раньше, приняв вызов, ехали в район и там оказывали помощь. Срочно нужен хирург? Готовьте пациента к операции, выезжаем. Сам не раз оперировал на выезде. Но с 2002 года сменили тактику: при малейшей возможности медэвакуации, обязательно переводим пациента в Иркутск. Оперируем на месте лишь в случае, когда больной нетранспортабельный. Сейчас в год делаем не более 70 таких операций.

– А сколько пациентов эвакуируете?

– В 2021 году наши бригады доставили в лечебные учреждения 3220 человек. Очень много случаев медэвакуации младенцев первых трёх месяцев жизни. Брали только тяжёлых больных. Ни одного летального исхода, всех привезли живыми. На вызовы у нас выезжают заслуженные врачи Российской Федерации, отличники здравоохранения, лауреаты премии губернатора «Лучший по профессии», кандидаты медицинских наук. Большинство отмечены ведомственными наградами. Все с внушительным опытом.

С 2002 года сменили тактику: при малейшей возможности медэвакуации, переводим пациента в Иркутск. Оперируем на месте лишь в случае, когда больной нетранспортабельный.

Хватит «летать в огород»!

– В районах есть оборудованные вертолётные площадки рядом с больницами?

– В Саянске полностью оборудована вертолётная площадка буквально в 70 метрах от больницы. В Бохане недавно открыли. В Магистральном есть. Это требование времени и минздрава – посадочная площадка должна находиться в пятиминутной доступности от лечебного учреждения. Принята федеральная программа, по которой в каждом регионе запланировано создавать не менее двух таких площадок в год.

– В Иркутской области делают по две площадки?

– В первые годы работы программы делали, сейчас тормозим. В Слюдянке собирались сформировать площадку, но по-прежнему садимся здесь на приспособленное полюшко. В Байкальске – сам выезжал, смотрел – отвели место у медсанчасти, осталось оборудовать, но до конца дело не довели. А там очень нужна такая площадка – поблизости горнолыжная трасса. Ещё будучи бортхирургом, я в Байкальск «в огород летал», как мы говорили.

Где-то ещё веселей – закрывают аэропорт в городке, посёлке, местное руководство обращается к нам с просьбой помочь найти финансирование. Говорю, что нет у нас в здравоохранении такой статьи расходов, как «содержание аэропорта». И отказать не можем в вылете.

Сегодня в Иркутской области существует проблема вертолётных площадок. По-хорошему, нам надо не с двумя-тремя в год ковыряться, а сразу обустроить 15-20 в течение года. В Волгоградской области, например, так поступили.

3310 вылетов совершила санитарная авиация в Иркутской области за 10 лет в период с 2012 по 2021 гг.
3310 вылетов совершила санитарная авиация в Иркутской области за 10 лет в период с 2012 по 2021 гг. Фото: Иркутский областной центр медицины катастроф

– В кино показывают, как вертолёты садятся прямо на крыши клиник. Пациента сразу на лифте чуть-ли не в операционную доставляют. Такое возможно в Иркутске?

– Нужны здания, которые построены с учётом подобных нагрузок. Больничные комплексы у нас с таким прицелом не возводились. Да на крышу и не обязательно садиться, достаточно места рядом. Но и этой возможности, насколько мне известно, в Иркутске нет. Возьмём областную клиническую больницу. Комплекс огромный, нам может казаться – садись, где хочешь. Комиссии создавались, выверяли и так и этак, итог: лётчики пришли к выводу, что на территории областной больницы отсутствуют условия для создания вертолётной площадки.

– А рядом с детской областной клинической больницей?

– Если только где-нибудь на острове Конном, но ближе или в границах больницы наши вертолёты не посадишь.

В Иркутской области существует проблема вертолётных площадок. По-хорошему, нам надо не с двумя-тремя в год ковыряться, а сразу обустроить 15-20.

Доктора на дежурстве

– Заболеваемость ковидом добавила работы медицине катастроф?

– Мы взяли на себя 30% медэвакуации тяжёлых больных с коронавирусной инфекцией. В связи с этим, если пару лет назад наш центр выполнял до 12 санзаданий в сутки, то в прошлом году на пике заболеваемости ковидом принимал уже до 26 вызовов ежедневно. Работаем с такими пациентами и по Иркутску, и по области.

– Есть ли в медицине катастроф специалисты, которые трудятся с первых дней создания центра?

– Каждый пятый проработал у нас 20 лет и более. Мы трепетно относимся к кадрам, максимально поощряем. Текучка по основному составу всего 5%. Есть штат совместителей. Круглые сутки держать в центре нейрохирурга или других узких специалистов не имеет смысла: не каждый день они востребованы, поэтому такие врачи дежурят на дому. Эта гвардия поднимается в любое время. Другая особенность: в медицину катастроф стало больше приходить мужчин, а были времена, когда свыше половины коллектива составляли женщины.

– Врачи какого профиля участвуют в выездах?

– Хирурги – детские, взрослые, токсикологи, кардиологи, реаниматологи, гематологи и другие. В зависимости от запроса подключаем нужного врача к основной команде. В медицине катастроф круглосуточно дежурят шесть авиамедицинских бригад, трудятся бригады экстренной консультативной медпомощи. Всегда на подхвате специализированная бригада докторов.

– Приходится искать кадры или врачи сами приходят?

– Энтузиасты сами идут, так торакальные хирурги пришли: «Мы хотели бы у вас работать». В ситуации с ковидом нам они очень нужны. В целом специалистов узкого профиля мы особо не разыскиваем – профессионалы сами нас находят.

Врач медицины катастроф в реанимобиле эвакуирует младенца в тяжёлом состоянии
Врач медицины катастроф в реанимобиле эвакуирует младенца в тяжёлом состоянии Фото: Иркутский областной центр медицины катастроф

– Кроме Иркутска, где ещё работают подразделения медицины катастроф?

– В Братске, Нижнеудинске и Киренске. Для медэвакуации используем наземный и воздушный транспорт. Братское отделение задействовано на северном направлении, нижнеудинское прикрывает Тофаларию, у киренского хватает забот с вахтовиками, в тех краях много месторождений – сегодня наши улетели на Даниловское. Есть потребность в создании авиамедицинской бригады в Бодайбо.

– Какое медицинское оборудование используется на выезде?

– Реанимобили оснащены всем необходимым для многочасовой транспортировки тяжёлого пациента: аппаратом ИВЛ, кардиомонитором, инфузоматом для ввода лекарства в вену, дефибриллятором. У санавиации свой комплект, на борт дополнительно также можем загрузить инфекционные боксы – это нечто вроде прямоугольного скафандра: человек укладывается в него и полностью изолируется от окружающих. Врач работает с пациентом через специальные отверстия-рукава.

– А чего не хватает?

– Мобильных медицинских формирований. Нужен парк техники для работы в мобильных условиях. Сегодня во многих регионах используются перевязочные, операционные, госпитальные на базе КамАЗов. Мы о них мечтаем. Да, дорого, но мобильные комплексы будут спасать жизни.

В медицине катастроф круглосуточно дежурят шесть авиамедицинских бригад, трудятся бригады экстренной консультативной медпомощи. Всегда на подхвате специализированная бригада докторов.

«Командовать надо очень жёстко»

– Вылетаете в другие регионы для оказания помощи при чрезвычайных ситуациях?

– Конечно, я ведь почему заслуженный врач Бурятии? Первый раз мы были у наших соседей в июле 1998 года, когда в районе посёлка Самарта в Восточном Саяне рухнул вертолёт Ми-8. На борту – 17 человек, из них трое погибли на месте. К нам обратились из Улан-Удэ с просьбой срочно прилететь. Мы собрали медицинскую бригаду в семь человек и через полтора часа приземлились в Самарте. Там уже находился дежурный вертолёт иркутского аэропорта, но из Улан-Удэ никто так и не прилетел.

Из 14 выживших четверо – в тяжёлом состоянии с сильными ожогами и множественными переломами, ещё четверо – члены экипажа – с минимальными ушибами, у остальных повреждения средней степени тяжести. Приняли решение эвакуировать всех в Иркутск на двух вертолётах. Распределил пострадавших и медперсонал по бортам, чтобы врачи видели каждого пациента: пока отвлекаешься на одного, другого можно потерять. В такой ситуации командовать надо очень жёстко. В аэропорту нас ждали машины скорой помощи.

Наши медики неоднократно вылетали в Бурятию, особенно на ЧС, которые происходили в районе Восточного Саяна, – это недалеко от Иркутска. Медэвакуацию осуществляли в иркутские лечебные учреждения, до Улан-Удэ пока довезёшь… Не было такого, чтобы мы проигнорировали просьбу о помощи.

– Спасённые благодарят?

– Пишут письма, в книге отзывов оставляют добрые слова. В прошлом году одна женщина пришла к министру здравоохранения области Якову Павловичу Сандакову: благодарила медицину катастроф за спасение. Она была пассажиром самолёта L-410, совершившего жёсткую посадку 12 сентября 2021 года в Казачинско-Ленском районе, тогда из 16 человек на борту четверо погибло в момент крушения. У трагедии есть предыстория: ранее в тот же день, 12 сентября, на этом самолёте мы перевезли из Киренска в Иркутск двух тяжёлых больных. И тут такое происшествие на следующем рейсе!

L-410 разбился поздно вечером, уже стемнело. Звоню министру здравоохранения: «Надо вылетать сейчас. Утром могут быть погибшие». Он отвечает: «Я с вами». В три часа ночи мы с бригадой уже работали в Магистральном, в районной больнице, и оказывали медицинскую помощь. На месте выполнили одну экстренную операцию по жизненным показаниям. У пострадавших были серьёзные телесные повреждения, но больше никто не погиб, люди выжили. Когда человек возвращается к жизни – это самая большая награда для специалистов центра медицины катастроф и всех медицинских работников.

У трагедии есть предыстория: ранее в тот же день, 12 сентября, на этом самолёте мы перевезли из Киренска в Иркутск двух тяжёлых больных. И тут такое происшествие на следующем рейсе!

ДОСЬЕ

Виктор Бучинский.

Родился в Иркутске в 1954 году. В 1977-м окончил Иркутский государственный медицинский институт, специальность: врач-хирург. Врачебный стаж работы 45 лет. Один из инициаторов создания центра медицины катастроф в Иркутской области, возглавляет центр с момента его образования. Принимал личное участие в ликвидации последствий всех крупных наводнений, авиа- и железнодорожных катастроф в Приангарье за последние 30 лет. «Отличник здравоохранения» (2003). «Заслуженный врач Российской Федерации» (2005). «Заслуженный врач Республики Бурятия» (2007). Лауреат премии губернатора Иркутской области «Лучший врач 2014 года».

Оцените материал
Оставить комментарий (0)

Также вам может быть интересно

Топ-5 читаемых

Самое интересное в регионах