Натуральную оспу ВОЗ объявила побеждённой более 40 лет назад — в 1980 году. Благодаря вакцинации. Сейчас время от времени в мире фиксируются только случаи оспы обезьян в Африке, которое в может передаваться человеку. Последнее сообщение об этом было на днях — в Санкт-Петербурге в больницу имени Боткина были госпитализированы пять человек. Случай исключительно редкий.
Совсем другая ситуация была в конце 18-го века, когда писатель Александр Радищев за свой труд «Путешествие из Петербурга в Москву» был выслан Екатериной II в Сибирь и осенью 1791 года прибыл в Иркутск, а оттуда — в Илимск. Оспа бушевала. И писатель Радищев, вспомнив полученные в университете Цюриха знания, взялся за прививки. Подробности рассказывает сайт irk.aif.ru.
«Дохтур» Радищев
Население тогдашнего Илимска — 45 дворов, 250 жителей. От столицы губернии — 600 километров. Вокруг — редкие деревни и стоянки тунгусов (так тогда называли эвенков). Из всех медиков — редкие деревенские знахарки и повитухи. И массовый мор — оспа.
«Летопись гласит, что 21 ноября 1768 года в Иркутске „во весь день продолжался колокольный звон“. В этот день читался поздравительный адрес Сената по случаю выздоровления императрицы Екатерины II. Подобным образом по всем городам Российской империи отмечали удачное введение оспы путем вариоляции императрице и её сыну Павлу», — рассказывают об истории оспопрививания в Иркутской губернии исследователи — Ирина Орлова и Ирина Дамешек.
Императрица решилась на вакцинацию — в то время она была возможна только путём вариоляции, то есть заражения натуральной оспой. Метод был опасным — через царапину в коже пациент контактировал со струпьями от больного человека. Ей повезло — заболевание протекало в лёгкой форме, защита была получена. До открытия вакцинации безопасным способом пройдут ещё годы.
Приехав в Илимск и обустроив своё жилище, Радищев понял — надо срочно вакцинировать своих детей, которые прибыли вслед за ним. И помогать местному населению. Писатель проведёт в Илимске 5 лет, будет писать письма и книги. Но люди запомнят его вовсе не как писателя — для местных он будет «дохтур, царицкин враг, переучка».
Радищев в лечении не отказывал
Конечно, хлопот было много и своих — писатель в Илимске починил избу, разводил скот, выращивал овощи, изготавливал посуду. Впрочем, привычка пить кофе по утрам осталась. И в медицинской помощи доктор никому не отказывал.
«К моим обычным занятиям присоединилось еще одно, зачастую тяжелое, но утешительное в своей основе занятие, если не приятное, то милое моему сердцу. Я сделался здешним лекарем и костоправом, хотя, в сущности, лишь невежда и знахарь, но моя добрая воля частично восполняет недостаток необходимых знаний» — цитируют слова самого писателя в одном из его писем исследователи — судебные медики из Московского медико-стоматологического университета Росздрава.
Доктора сегодняшние не раз и не два изучали его деятельность в Илимске — и сделали вывод, что Александр Радищев явно приуменьшал сделанное им по медицинской части. Для того времени он, один из посланных в своё время императрицей Екатериной в Европу для обучения наукам молодых людей, был хорошо подготовленным — прошёл обучение в Цюрихе и, мог бы быть выдающимся врачом.
По воспоминаниям сына Павла: «Александр Николаевич пристрастился к медицине и, постоянно в течение пяти лет учась ей, мог бы выдержать докторский экзамен, но, следуя своему назначению, не искал сего звания».
Исследователи сообщают, между тем, что Илимску повезло со ссыльным — «он многих вылечил, особливо от зобов, болезни тамошних мест». Замечание это было сделано ещё в 18 веке, но верно и сейчас — из-за большого дефицита природного йода врачам приходится бороться с заболеваниями щитовидной железы.
В своих «сибирских» записках медицине, как чему-то попутному, автор «Путешествия из Петербурга в Москву» внимания уделяет немного.
«В Братском ночевали у попа Ильи, которого я лечил от лихорадки. Она как будто за ним ходила и не давала ему покоя. Болезнь его была чрезмерное движение нервов. Причины я не знаю. Из благодарности он нас угостил, велел сделать починку и не велел брать прогонов», — отметил Радищев, уже возвращаясь из Сибири.
Основным навыкам лечения доктор Радищев учил и своих ближайших помощников.
«Камердинер Радищева Степанушка, коего я помню хорошо, приученный Радищевым к лечению, был на 300 от Илимска популярнейшим врачом от всех болезней; помню, что этот Степанушка, не позднее 1834 года, прививал и мне оспу, — через 100 лет после Радищева, в 1896 году, в красноярской газете „Енисей“ обсуждали борьбу писателя с оспой. — Меня, уже бойкого мальчика, держали, пока он делал надрезы на руках. Знаю хорошо, что Степанушка лечил травами и настойками. После вскрытия реки ото льда он отправлялся вверх по Илиму и в августе месяце приплывал на плотах в Илимск со всеми жизненными запасами на зиму: хлебом, живой птицей, соленой рыбой, сушеным мясом, овчинами, оленьими, сохатинными шкурами. Все это получалось за лечение».
Возвращение из ссылки усилиями его благодетеля, графа Воронцова, пришло в начале 1797 года. Ему с семьёй разрешалось поселиться в имении. В дороге жена его заболела и умерла в Тобольске. Попрощавшись с ней, писатель с детьми поехал дальше. В имении он занимался растениеводством. Полное освобождение и восстановление прав получил в 1801 году.
Что касается оспопрививания, то его в Сибири пытались поставить на поток в начале 19-го века — местное население сопротивлялось, материала не хватало. Вакцины от оспы в России стали ставить по всем правилам только в первой половине века 20-го, через 200 лет после Александра Радищева.
А посёлок Илим, где он отбывал ссылку, исчез в 1975 году под водами Илимского водохранилища — в этих местах построили ГЭС. Старейший в Сибири Илимский острог вывезли в музей деревянного зодчества под Иркутском.
Подписывайтесь на АиФ в  MAX
|
