Ещё 8 лет? Учёные ответили, когда могут снять запрет на лов омуля на Байкале

С наступлением лета приезжающие на Байкал туристы атакуют рынки Иркутска и посёлка Листвянка в поисках «настоящего» омуля. Однако в регионе по-прежнему действует запрет на промышленный вылов омуля, что, впрочем, не останавливает желающих поживиться на продаже «золотой рыбки» браконьеров.

Помогают ли ограничения восстановить популяцию омуля и останавливают ли они нарушителей? Подробности — в материале irk.aif.ru.

«Распределён равномерно»

Недавно учёные Лимнологического института РАН вернулись из экспедиции по исследованию популяции байкальского омуля. В ходе рейса на научно-исследовательском судне «Г. Ю. Верещагин» они провели тралово-гидроакустические исследования на Селенгинском мелководье.

«Исследования провели на значительной территории — общая площадь обследованного участка превысила 140 000 гектаров, — рассказали учёные. — Результаты позволили составить подробную картину распределения рыбы в акватории. Съёмка показала, что омуль распределён равномерно от Посольского сора до мыса Облом. Кроме того, удалось выявить зоны скопления более крупных особей. Это важно для оценки структуры популяции. Если сравнивать эти результаты с показателями прошлых лет, то можно заметить устойчивую положительную динамику: численность омуля заметно увеличилась».

Золотая рыбка! На какие уловки идут браконьеры ради байкальского омуля Подробнее

Иркутские лимнологи связывают рост количества омуля в Байкале со значительным увеличением нагульного стада молодью из поколения 2024 года, а также с увеличением среднего возраста рыб в популяции.

Означает ли это, что в скором времени запрет на вылов этой рыбы снимут? Не факт.

«Стоит отметить, что изначально падение численности омуля не было связано с браконьерством, — причиной, скорее всего, были климатические факторы, — отметил научный сотрудник лаборатории междисциплинарных эколого-экономических исследований и технологии ЛИН СО РАН Павел Аношко. — Тем не менее нельзя отрицать и влияние масштабного нелегального лова. Введённый в 2017 году запрет на вылов омуля, безусловно, дал плоды. Появилось достаточно благополучное поколение 2020-2023 годов, и, думаю, через 8-10 лет, когда они достигнут половой зрелости, мы увидим результат».

Влияет на рост популяции и искусственное воспроизводство омуля, которым занимаются в Бурятии. Так, например, популяция, которая заходит на нерест в Посольский Сор, практически полностью поддерживается именно искусственным воспроизводством.

Улов на миллионы

Но, несмотря на все усилия учёных для восстановления популяции омуля, браконьеры по-прежнему не дремлют. Буквально недавно полицейские остановили в Слюдянском районе автомобиль, в салоне которого было 27 строительных мешков и 2 пакета, которые были забиты рыбой без сопроводительных документов. Ихтиологическое исследование подтвердило, что это именно байкальский омуль, выловленный сетями. Эксперты оценили ущерб, нанесённый природе Приангарья, в 10 миллионов рублей.

За рулём машины с дорогостоящим грузом был 44-летний уроженец Бурятии. Полицейские занимаются поисками организатора нелегального лова. Возбуждено уголовное дело.

Другую крупную партию свежевыловленного омуля изъяли у браконьеров в феврале — двое жителей Ольхонского района наловили рыбу во время подлёдной рыбалки неподалёку от деревни Зама. Поймать успели 500 голов омуля — ущерб оценили в 3,5 миллиона рублей. На этих браконьеров также завели дело.

Замутил с Ангарой. Биолог рассказал о причине изменения цвета воды в реке Подробнее

Специалисты отмечают: хоть для предотвращения незаконного вылова омуля и проводится большая работа, сложности добавляют многие факторы — например, нехватка госинспекторов.

«Необходимо постоянно привлекать инспекторов из других регионов — а они ведь плохо знают местность, — говорит заместитель начальника Территориального отдела контроля, надзора и рыбоохраны по Иркутской области Александр Нечунаев. — Например, дельта Селенги достаточно разветвлённая. Местные жители, которые осуществляют браконьерский лов, зная все эти лазейки, протоки, фарватеры реки, успешно уходят от погони инспекторов».

Сложности добавляет и то, что участки для надзора у рыбоохраны достаточно большие. К примеру, на одно только огромное Братское водохранилище приходится лишь 6-8 инспекторов. Нередко браконьеры пользуются и лазейками в законодательстве: например, той, которая позволяет ловить омуля представителям коренных малочисленных народов.

«Они могут добывать до 55 тонн омуля ежегодно и официально продавать её с оформлением необходимых документов, — говорит Александр Нечунаев. — Именно под эти документы нечистые на руку рыболовы и реализуют нелегально добытого омуля. Нам бы существенно упростило задачу разрешение представителям КМНС ловить эту рыбу только для личного пользования, а не для продажи».