Примерное время чтения: 7 минут
1275

Природа может дать сдачи. Возможны ли экологические катастрофы на Байкале

Еженедельник "Аргументы и Факты" № 6. АиФ в Восточной Сибири 08/02/2023
Паводки 2019 года нанесли ущерб Иркутской области более чем на 30 млрд рублей.
Паводки 2019 года нанесли ущерб Иркутской области более чем на 30 млрд рублей. Администрация президента РФ

Выпьют ли китайцы Байкал, какую экологическую катастрофу мирового масштаба удалось избежать в Иркутской области в 2019 году и кто виноват в Тулунском наводнении, в результате которого погибли люди, было затоплено и подтоплено 10 тысяч домов? Об этих и других вопросах взаимоотношения человека с природой irk.aif.ru беседует с доктором географических наук, профессором, главным научным сотрудником Института географии им. В.Б. Сочавы СО РАН Леонидом Корытным.

Леонид Корытный автор и соавтор порядка 600 научных работ. Фото: Предоставлено героем публикации

Старые и новые болячки

– Корни экологических проблем в Иркутской области тянутся к середине прошлого века, когда на экологию государство мало обращало внимания, – говорит учёный. – Это период формирования в регионе мощного производственного комплекса, строительства крупнейших для своего времени предприятий, возведения Ангарского каскада ГЭС.

Вся наша промышленность в основном живёт за счёт Ангары, которая «благодаря» такой нагрузке занимает второе место в России после Волги по объёму загрязнённых стоков. Аналогичная ситуация с загрязнением воздуха.

В списке 35 городов с самым грязным воздухом в стране – восемь из Иркутской области. По показателям атмосферного загрязнения лидирует Братск. Несколько лет назад город вошёл в федеральную программу «Чистый воздух», ситуация улучшается, но до хорошего ещё далеко.

Ангара занимает второе место в России после Волги по объёму загрязнённых стоков. В списке 35 городов с самым грязным воздухом в стране – восемь из Иркутской области.

Владимир Шпикалов, «АиФ-Иркутск»: Появляются ли в Иркутской области новые опасные с точки зрения ухудшения экологии районы?

Леонид Корытный: Это бассейн реки Лены. Он всегда был лесопромышленным, но в последние десятилетия, помимо того, что выросла лесодобыча, здесь активно стали осваивать нефтегазовые месторождения. Уже фиксируется ухудшение качества воды в Лене. Это если говорить об антропогенном воздействии.

Появились ещё опасности, не связанные с деятельностью человека. Большое количество пихтовых, кедровых лесов на берегу Байкала погибло из-за эпидемии. Болезни леса – природное явление.

Таковы события последних лет. Они дополняют тот факт, что Иркутская область остаётся одним из самых экологически неблагополучных российских регионов.

Как бы не опоздать

– А как с болевыми точками на Байкале? Их прибавилось или стало меньше?

– Неорганизованный туризм и такая же хаотичная застройка. Плохая работа очистных сооружений в городах на байкальском побережье. Отсутствие нормальных пунктов приёма подсланевых вод с кораблей и прочих судовых отходов. Это то, что мы имели на Байкале 20 лет назад, и то, что имеем сейчас.

С одной стороны – ничего не изменилось: болячки какими были, такими и остались. С другой – произошло накопление экологического вреда, ухудшилось качество воды в прибрежной зоне озера, в его заливах.

В 2013 году закрыли Байкальский целлюлозно-бумажный комбинат. Очистные стоки с предприятия перестали поступать в Байкал. Это плюс. Однако миллионы тонн опасных отходов БЦБК как хранились на берегу озера, так и хранятся, несмотря на поручения президента их ликвидировать. Это минус. Но есть подвижки – убираются шламовые воды, но сами отходы до сих пор лежат нетронутыми.

– Почему? Учёные не могут предложить подходящие технологии?

– Технологии по переработке отходов БЦБК разработаны. Предложений даже очень много. И не только от учёных. Но государство всё никак не может определиться с тем, чему отдать предпочтение. Наука и производство сегодня взаимодействуют не самым оптимальным образом.

– Но ведь придут к какому-то решению?

– Как бы не опоздать. В 2019 году сутками напролёт шли сильные дожди. Подсчитано, что если бы ливни продлились хотя бы на один день дольше, то отходы БЦБК смыло бы паводком в озеро. А это – с учётом планетарного значения Байкала – экологическая катастрофа мирового уровня. С тех пор сделали выводы: откачивают дождевую воду со шламонакопителей, чтобы избежать перелива.

Но есть ещё селевая угроза. В тех местах 50 лет назад уже был сильный сель, который снёс всё на своём пути, включая мосты. Если сель такой мощности повторится, а это возможно, производственные отходы комбината снесёт в озеро.

Если сель такой мощности повторится, а это возможно, производственные отходы комбината снесёт в озеро.

Сейчас рассматривается вопрос строительства селезащитных сооружений, но это не решает проблему ликвидации отходов.

Глупости надо разоблачать

– Ведётся ли реестр мест экологической опасности? Чтобы каждый житель области мог посмотреть и увидеть, что рядом с его городом или даже в городской черте есть такое нехорошее место?

– Наш Институт географии им. В.Б. Сочавы СО РАН занимается вопросами картографического анализа. Несколько лет назад мы подготовили макет «Атласа природных и антропогенных опасностей Иркутской области». Там огромное количество карт – как в целом области, так и отдельно по городам и районам.

Макет был одобрен губернатором Игорем Кобзевым, он сам из МЧС и знает цену такой информации, поэтому дал поручение региональным министерствам изыскать средства на создание атласа, но, к сожалению, средств не нашлось, может, пандемия коронавируса тому виной. Хотя для нашего региона такой атлас очень актуален.

– Это ведь ещё и вопрос просвещения. Когда не знают реальной опасности, воображают много чего. Столько мифов гуляет. Кстати, как вам такой: «Китайцы выпьют Байкал». Или это не миф?

– Подобные глупости надо разоблачать. Невежество имеет свойство принимать дикие формы. Что тут сказать? Запасы воды в Байкале настолько огромны, что их хватит, чтобы напоить всё человечество, при этом ущерб самому глубокому озеру планеты таким образом нанести невозможно.

Но если уж сильно хочется говорить в категории ущерба, то для Байкала он будет сопоставим с ущербом, который слону наносит комариный укус. В Китай мы сейчас гоним нефть и газ, а ведь это невозобновляемые ресурсы, тогда как реки и атмосферные осадки поставляют в Байкал новые порции воды – триллионы литров – каждый год.

– Все природные опасности нам известны?

– Мы не умеем, например, прогнозировать землетрясения. Стало неожиданностью Тулунское наводнение 2019 года, когда погибли 25 человек и было затоплено и подтоплено более 10 тысяч домов. Тогда возникла целая совокупность уникальных природных причин. Вероятность такого потопа – чуть ли не один раз в тысячу лет, но ручаться, что он повторится теперь только через тысячу лет, я не возьмусь.

Мне поручили возглавить работу по оценке причин и последствий наводнений 2019 года. Причины были очевидно природного характера. Мне пришлось это доказывать прокуратуре и следственному комитету, которые очень хотели найти виновного и посадить его.

Человеческая халатность здесь ни при чём, точнее, она в другом – человеку не надо строиться и селиться в местах потенциального наводнения, а если уж построились – будьте готовы ко встрече со стихией. Но это другая история.

Роль науки в решении экологических проблем Иркутской области очень велика. В День российской науки 8 февраля хочется пожелать всем учёным области успехов на этом поприще!

Оцените материал
Оставить комментарий (1)

Также вам может быть интересно

Топ-5 читаемых

Самое интересное в регионах