aif.ru counter
189

Юбилей у «запрещёнки». Как живёт область без европейских сыров и хамона

Еженедельник "Аргументы и Факты" № 37. «АиФ в Восточной Сибири» 13/09/2017
В Приангарье преуспели в создании «своих» европейских сыров: моцареллы, камамбера, пармезана.
В Приангарье преуспели в создании «своих» европейских сыров: моцареллы, камамбера, пармезана. © / pixabay.com

Ровно три года назад, в конце лета 2014-го, в России появилось понятие «запрещёнка». Тогда из-за контрсанкций, которые наша страна ввела в ответ на «ограничительные меры» американцев, из холодильников граждан исчезли итальянский сыр и австралийская говядина.

Тогда думали: «Ну не проживём разве без хамона и пармской ветчины? Мы её и раньше-то не ели». Тем более обещало нам правительство страны, что свободную нишу на рынке охотно заполнят наши собственные производители. Нужно только дать им время. В этом году, когда эмбарго перешагнуло трёхлетний юбилей, корреспондент «АиФ в ВС» выяснил, что Иркутская область научилась производить сама назло Западу и как ограничительные меры сказываются на кошельках жителей.

Сыры по-иркутски

Буррата, халлуми, камамбер, рикотта и моцарелла - как оказалось, эти ароматные сыры можно варить не только в какой-нибудь итальянской провинции, но и в Сибири. Несколько месяцев назад прямо в центре Иркутска появилась маленькая сыроварня, где созревает «запрещёнка», но наша, легальная.

Предприятие создали несколько молодых иркутян, один из них - Александр рассказал корреспонденту «АиФ в ВС», что друзья уже давно работают в сфере общественного питания, однако к сыроварне пришли не сразу.

«В ресторанном бизнесе я с 2002 года, в 2006-м стал директором ресторана. Потом с друзьями пробовали открывать кафе, клубы, занимались крафтовым пивом, а от него уже перешли к крафтовым сырам, - делится Александр. - Сначала решили производить небольшой объём. Сыр варили сами, в кастрюльках, какие-то ингредиенты и инструменты покупали в Иркутске, что-то заказывали из других регионов. Так со временем и «подросли», закупили серьёзное оборудование, пригласили на помощь технолога из Союза сыроваров России».

сыроварня
Иркутские сыровары считают, что их продукт не хуже европейского.  Фото: АиФ/ Дарья Буравчикова

Как объясняет молодой человек, ключевую роль в решении открыть именно сыроварню сыграли продовольственные санкции, освободившие рынок.

«Если бы европейские сыры и дальше были так доступны, не думаю, что удалось бы так быстро заинтересовать людей нашей продукцией, - продолжает бизнесмен. - Однако, как оказалось, в Иркутске немало гурманов, которые после введения санкций могли полакомиться своим любимым сыром только за границей. И они стали приходить к нам. Говорят, что наш сыр не хуже того, что они пробовали в Италии или Швейцарии, пусть здесь и нет шикарных альпийских лугов. Мы, к слову, долго искали надёжного поставщика молока, который не кормит своих коров силосом».

Европейскими сырами из сибирского молока уже заинтересовались рестораны, которым эти три года приходилось закупать продукцию у московских сыроваров.

Кстати, именно по сырам импортозамещение в Приангарье пошло быстрее всего - моцареллу и рикотту варят не только маленькие предприятия, но и гиганты молочного рынка региона. Так, один из крупных комбинатов области четверть своего сырного производства отдал под европейские сорта.

Экономика новых реалий

С другими видами запрещённых деликатесов тяжелее - по крайней мере, сибирский хамон нам найти так и не удалось. Как считает декан сибирско-американского факультета менеджмента ИГУ доктор экономических наук Надежда Грошева, нельзя сказать, что производители Приангарья смогли полностью заменить импорт, который оказался вне закона, собственными кулинарными шедеврами.

«Санкции условно закрыли доступ к достаточно узкому спектру продукции, который вполне заменим не такой же, но отечественной, а просто другой. Наши производители технически и технологически не смогут заменить все ушедшие с полок продукты, но в корзине потребителя могут появиться совсем другие товарные группы. Я вообще не могу сказать, что кто-то сильно пострадал от продуктового эмбарго. Да, не стало сыра, импортной муки, но это не массовые продукты. С точки зрения экономики, упал сегмент торговли, но это в чём-то даже плюс: выпавшие товары супермаркеты заменили на то, что есть, - на местное».

«Сейчас экономика не то что вышла из кризиса, она просто привыкла жить в новых реалиях и в новой парадигме». - считает экономист.

Между тем самый главный вопрос, который задал кризис 2014-го, - не изготовление деликатесов, а обеспечение необходимыми продуктами собственного производства: молоком, мясом, хлебом, овощами. Притом по доступным населению ценам.

По словам руководителя Иркутскстата Ирины Ивановой, Приангарье никогда не входило в список регионов, которые обеспечивают себя продуктами питания полностью.

«Единственное, у нас с избытком куриных яиц, также мы удовлетворяем потребность в картофеле, всё остальное завозим из других регионов нашей страны и из-за границы. Но надо признать, что ввоз продовольствия и сельхозсырья из стран зарубежья и правда снижается», - отмечает Иванова.

Её слова подтверждают цифры: если в 2014 году в Иркутскую область ввезли импортных продуктов на сумму в 17,3 млн долл., то в 2016-м - на 3 млн долл. меньше. Правда, за счёт чего снижается - до конца непонятно: число крупных и средних сельхозорганизаций области, выпускающих основные продукты, за три года практически не изменилось, по некоторым видам продовольствия (кисломолочка, сливочное масло) чуть выросло, а по некоторым (говядина, свинина, мука) даже упало. На 15- 20% сократилось и число малых предприятий в аграрном секторе, зато на 30% выросло количество крестьянско-фермерских хозяйств.

«Мода у цен такая - расти»

Удивительно, но, согласно статистике, жители области из-за кризиса не стали есть меньше мяса или пить молока. Снижение статистика заметила только по хлебобулочным изделиям и сахару, но, по мнению Ирины Ивановой, это с санкциями никак не связано.

Как и прежде, семьи Приангарья ежемесячно тратят на продукты чуть больше четверти своего бюджета.

«Расходы на покупку продовольствия, конечно, растут, но во многом это связано с инфляцией. Если в 2014 году каждый житель Приангарья тратил на еду в среднем по 4,3 тыс. руб. в месяц, то в 2017-м - более 5 тыс. руб., при этом в темпах роста оборота розничной торговли в целом в 2015-2016 годах наблюдался спад. Но торговли продовольствием он коснулся в меньшей степени: кушать хочется всегда».

Многие жители спустя три года к санкциям и кризису относятся философски.

«Мы этого пармезана и до санкций не ели, - разводит руками жительница Усть-Кута Галина Антипина. - Цены, по моим ощущениям, больше всего поднялись на молоко, рыба тоже подорожала. Хотя когда цены не поднимались? Мода у них такая – расти».

Официально:

Иркутской области Илья Сумароков:

«Иркутская область успешно и последовательно проводит политику импортозамещения в сфере сельского хозяйства. Собственное производство мяса и мясопродуктов увеличилось за 2016 год на 1,8% и составило 105,1 тыс. тонн (в убойном весе), это самый высокий показатель за прошедшие пять лет. Ввоз, включая импорт, наоборот уменьшился по сравнению с 2015 годом на 9,1%. Ещё один положительный момент: мы увеличили производство зерна (на 39,9%).

Нужно признать, что Россия, и в частности Иркутская область, в большой степени зависит от импортных семян картофеля и овощных культур. Крупные региональные производители картофеля в последние годы приобретали семена в Голландии. Сейчас министерство финансирует научно-исследовательскую работу по разработке и внедрению в производство безвирусного оригинального и элитного картофеля в условиях нашего региона. В результате, используя разработанную методику, получено 17,2 тыс. растений in vitro».

Особое мнение

«Погружаемся в кризис»

Доктор экономических наук, профессор Сергей Курганский:

«Я бы не сказал, что спустя три года после начала выходим из кризиса, мы втягиваемся в его острую фазу: нарастают проблемы с бюджетом страны, с долгами, продолжают уже четвёртый год падать реальные доходы населения. Только за нынешний июль - минус 3,1%. Падает покупательская способность населения, оборот торговли, есть проблемы в финансовом, банковском секторе. Усиливается дифференциация в доходах, расслоение между богатыми и бедными растёт, в нынешних экономических реалиях страдают сильнее всего те, у кого и до кризиса ничего не было. Те, у кого до кризиса были деньги, потихоньку проедают свои накопления, а те, у кого их и тогда не было, берут займы. В этом году всплеск потребительского кредитования.

Говорят, от кризиса есть и положительные моменты: недвижимость подешевела. Но это лишь следствие того, что доходов населения не хватает, продавцам приходится снижать цены. Это касается и сельскохозяйственной продукции. Если говорить о санкциях, то сельское хозяйство выиграло, но давление, которое они оказали на нашу экономику, на промышленность в целом, куда более серьёзное. Особенность Иркутской области в том, что она ориентирована на экспорт: мы вывозим в пять раз больше, чем ввозим. Основная наша продукция - сырьевые товары: алюминий, энергия, лес, нефть. В этом плане кризис на нас отразился меньше, у нас даже доходы регионального бюджета подросли, но в основном из-за того, что налогов больше собрали.
Мой прогноз довольно пессимистичный - осенью цена на нефть может снова упасть, а значит, рубль тоже упадёт, ситуация ухудшится - цены скакнут».

Смотрите также:

Оставить комментарий (0)

Также вам может быть интересно

Загрузка...

Топ 5 читаемых

Самое интересное в регионах