aif.ru counter
73

Рельсы, Сталин и военная Сибирь - глазами вихоревского ветерана

Еженедельник "Аргументы и Факты" № 18. «АиФ - В Восточной Сибири» 04/05/2011

Он обаятельно улыбается: по-доброму и с лёгкой хитрецой. Он бодр, как персонаж Твардовского. Он шутит, подмигивает, с удовольствием отвечает на вопросы. И хоть сибиряк Котов и не попал на фронт, всех приветствует по-военному: «Здравия желаю!».

«Секретное училище»

- На фронт я просился два раза, да так и не попал, - вспоминает Николай Никифорович. - В сорок втором году, когда мне исполнилось семнадцать, пришла повестка из военкомата. Жили мы тогда бедно, питались не очень хорошо, так что, признаться, не хватало ни роста, ни веса. Сказали: погуляй, мол, парень, придёт ещё твоё время. Тогда я решил: что ж, пойду в агрономы. Агрономы в те времена единственные ездили верхом, а лошадей я очень любил.

В итоге в агрономы семнадцатилетний Николай так и не пошёл - друг сманил поступать в «секретное военное училище» в Иркутске, которое оказалось школой военных техников железнодорожного транспорта.

- Нас отговаривали: мол, отучитесь полгода, а потом всё одно - на фронт заберут. Так что лучше погуляйте, - вспоминает ветеран. - Мой приятель послушался и забрал документы, а я остался учиться.

Военный Иркутск запомнился Николаю Никифоровичу постоянным отключением электричества: нужна была энергия для производства, поэтому горожанам приходилось довольствоваться несколькими часами в день. Вечерами собирались греться у печек-голландок. Автомобилей на улицах почти не было, все передвигались пешком или на лошадях.

Училище находилось в той части города, где сейчас располагается телецентр. Здание казармы было хорошее, капитальное, даже с центральным отоплением. Уголь для котельной доставляли по Ангаре, а по городу его везли курсанты.

- Мы, мальчишки, вдесятером впрягались в сани вместо лошади и тянули их за собой, - показывает ветеран. - Ждали, когда стемнеет, чтобы горожане не видели, как мы в военной форме возим этот уголь.

- Сначала в нашу школу набирали только юношей, а потом стали появляться и девичьи батальоны, - мечтательно улыбается Николай Котов. - Сейчас в Рязани живёт Люся Белыгина, которая училась парой курсов младше, мы до сих пор обмениваемся письмами.

«Макураки» и «реро»

- Мой отец и дядя погибли под Сталинградом в 43-м. Тогда я с приятелем пошёл проситься на передовую, чтобы отомстить за родных, - говорит наш герой. - Наш командир взял спичечный коробок и сказал: «Сегодня, если украдёшь коробку спичек, могут пять лет дать. А вы хотите, чтобы мы украли двух курсантов? Будет надо - сами отправим».

Оказалось, в то время действовал сталинский приказ: в десяти училищах страны, в том числе и в иркутской школе техников железнодорожного транспорта курсантов надлежало готовить по довоенной программе.

- Сталин был мудрым стратегом. Я думаю, он предвидел разрушения на железных дорогах, - считает ветеран. - Когда уже после войны я проезжал по стране, то видел своими глазами: от дорог ничего не осталось. Там, где были крупные узлы, осталось по одной железнодорожной ветке, а вместо разрушенных станций всюду стояли снятые с поездов вагоны.

В сорок пятом Николай Никифорович готовил к тяжёлым нагрузкам сибирские железнодорожные пути: на восточный фронт через Иркутск перебрасывали технику и людей.

- Я помню, как возвращались солдаты победы. Подтянутые, деловые, увешанные медалями… Удивило меня, как много среди них пожилых людей… Впрочем, они ещё не возвращались - ехали с войны на войну, - вздыхает Николай Никифорович.

Хорошо помнит он и пленных японцев. Молодого сержанта Котова после выпуска в 1947 году отправили работать на железнодорожном участке Тайшет-Лена. И поставили командиром над военнопленными:

- Общий язык мы с ними находили. Они умные люди, очень добросовестные. И за что бы ни брались, делали очень качественно. Попросишь выстругать топорище - так его потом приятно взять в руки.

Ветеран признаётся, что не перенял у японских пленных одной интересной вещи. Каждую свободную минуту те вели карманные словари: записывали в узкие блокноты русские слова. Он перечисляет то немногое, что удалось запомнить: «макураки» - шпалы, «кокан-кокан» - менять, «реро» - рельсы…

…Сегодня у Николая Котова есть дети, внуки, правнуки. После войны он получил высшее образование в Москве. Вырастил внучку - талантливого генетика, которая сейчас живёт в Канаде. «Может, так оно и лучше - родина наша сегодня не все условия дать может», - удивительно спокойно говорит Николай Никифорович. И улыбается своей тёркинской улыбкой - по-доброму и с лёгкой хитрецой. 

Смотрите также:

Оставить комментарий (0)

Также вам может быть интересно

Загрузка...

Топ 5 читаемых

Самое интересное в регионах