aif.ru counter
280

Природа без мифов. Дымящиеся трубы заводов не главная экопроблема

Еженедельник "Аргументы и Факты" № 23. «АиФ в Восточной Сибири» 04/06/2015
По этим спилам ученые изучают загрязнения воздуха.
По этим спилам ученые изучают загрязнения воздуха. © / Владимир Короткоручко / Из личного архива

О проблемах окружающей среды и природы Сибири «АиФ-Иркутск» беседует с учёным-экологом, заместителем директора Сибирского института физиологии и биохимии растений СО РАН Виктором Ворониным.

- Экология - это наука, и как всякая наука она не бывает ни плохой, ни хорошей. Она абстрактна, - убеждён Виктор Воронин. - И когда говорят, что за последние полвека наша экология ухудшилась, я с этим категорически не согласен. Изменилась окружающая среда - давайте использовать этот термин. Экология же изменилась в лучшую сторону. Наука получает новые данные, следит за ситуацией, делает рекомендации, которые, правда, никто особо не слушает, потому что это неизбежно ведёт к ограничениям. Особенно у бизнеса. А главная экологическая проблема нашей страны - отнюдь не дымящие трубы заводов, а отсутствие экологического образования как государственной политики. Многие до сих пор уверены, что у нас бескрайнее море тайги, сибирское здоровье, и мы должны покорить природу. Но это мифы такой замшелой давности, что они уже не работают. Всё имеет предел: леса, которые были необъятны, вырубили, сибирского здоровья в помине нет, потому что мы дышим неизвестно чем. Про покорение природы вообще лучше не заикаться. Нет на земле ни одного существа, которое так целенаправленно и неразумно гробило бы среду своего существования. Все животные вокруг своей норки пытаются навести порядок. Все, кроме нас. Как говорит Михаил Жванецкий, что с человеком ни делай, он упорно ползёт на кладбище.

Виктор Воронин (в центре): «Деревья все меньше поглощают углекислый газ и все больше – кислород». Фото: Из личного архива/ Владимир Короткоручко

Цветёт, гниёт, воняет

Ольга Андреева, «АиФ-Иркутск»: -Тем не менее за последние два десятка лет в том же Иркутске, крупнейшем промышленном центре Восточной Сибири, заводов не осталось. БЦБК на берегу Байкала закрыли, алюминиевый завод в Шелехова работает в полсилы. По идее, окружающая среда должна улучшиться. Так ли это?

Виктор Воронин: - Да, промышленная нагрузка снизилась, но, между тем, реализуются очень крупные проекты, такие как строительство Богучанской ГЭС, например. В результате у нас теперь нет реки Ангары. И это не голословное утверждение, а абсолютный научный факт. У Ангары свободного течения осталось всего километров семьдесят: от плотины Иркутской ГЭС до впадения в Братское водохранилище. Дальше идёт череда плотин и мёртвых озёр.

Взамен загрязнению от БЦБК Байкал получил бурное развитие российского туризма. В теперь мы имеем деградацию почвы и заражение береговых вод настолько, что Байкал заболел спирогирой. Водоросли теперь тоннами гниют на его берегах.

- Нашествие спирогиры - это результат жизнедеятельности человека?

- Естественно. В нынешних байкальских стоках избыточное содержание фосфатов, которые в первую очередь в огромных количествах содержатся в стиральных порошках и других моющих средствах. Они попали в прогретую прибрежную воду, удобрили её, и всё буйным цветом зацвело, загнило и завоняло. Как бы ни ругали Советский Союз, в стране существовало плановое размещение предприятий. Сейчас у нас нет ни одного планового органа, и всё растёт, как грибы, - где вырастет. Потом хватаются за голову, но ничего не происходит - построили да построили. В итоге сегодня Байкал страдает от неразумного насаждения турбаз и разрушения ландшафтов.

Опять все сначала?

- По всей видимости, это далеко не единственная беда озера. Последнее время достаточно активно обсуждают возможное строительство ГЭС на Селенге - крупнейшем его притоке. И некоторые всерьёз заявляют, что если это случится, Байкал превратится в лужу.

- Никто так не заявлял из серьёзных людей. Байкал существует миллионы лет. И с чего бы вдруг он превратился в лужу? Правительство Монголии практически официально заявило о том, что строительства не будет. Но даже если это случится, упадёт сток и будет примерно такая же ситуация, как сейчас, когда вода ушла от берега. Давайте вспомним, что когда строили каскад ГЭС, уровень воды в озере искусственно был поднят на метр с лишним. Этот метр и уйдёт. Проблемы будут у гидроэнергетиков - электростанции останутся без воды. Водозаборы могут оказаться выше, чем положено, и их придётся перестраивать. Падение уровня воды не очень хорошо для рыбы, которая за долгие десятки лет после подъёма уровня, когда были затоплены нерестилища и кормовая база, всё восстановила и перестроилась. Ей опять придётся начать всё сначала. Но никакой «лужи» не просматривается. Байкал испытал за свою жизнь более серьёзные катаклизмы. Ледники спускались до  водного зеркала озера, засухи были великие, но эндемики до сих пор живут.

- Но ведь обмеление Байкала и рек, которые в него впадают, - это факт. И не в последнюю очередь он связан с человеческой деятельностью. Например - повсеместной вырубкой леса.

- Ещё в 2007 году в журнале МЧС «Пожарная безопасность» был опубликован мой прогноз о том, что 2014-2015 годы - период маловодья и особо опасной пожарной ситуации на территории Иркутской области. Прогноз оправдался, и мы к нему подготовились. Посмотрите, сейчас горят очень сильно Забайкалье и Бурятия. Мы сильно не горим, потому что оперативно реагирует МЧС. Плюс к этому накупили техники лесникам и создали пожарно-технические станции по районам. Одним словом, приняли меры. Так и надо бороться с экологическими угрозами, которые периодически возникают.

Мы уплывём, Норильск развалится

- Виктор Иванович, почему же тогда так редко прислушиваются к прогнозам учёных-экологов?

- Экология - наука достаточно оттянутых последствий, очень сильно сдвинутых во времени. Здесь хорошо работает пословица: «Божьи жернова мелят медленно, но верно». К примеру, пресловутый парниковый эффект никуда не делся, как бы мы ни издевались над этим. Мы его фиксируем на биологических объектах. Я работаю с деревьями и проводил с коллегами изотопный анализ деревьев за последние 700 лет. Выяснилось, что с средины 1990-х годов деревья всё меньше поглощают углекислого газа из атмосферы, хотя это их основная функция на земле, а начали больше… дышать кислородом. Они уже не являются такими мощными компенсаторами СО 2. В 2003 году я опубликовал результаты анализа, и меня чуть ли не обвинили в срыве подписания Киотского протокола по сокращению в атмосферу выбросов СО 2. Мы первые описали процессы, характерные для сибирской тайги и Монголии. Следом за нами такие же результаты получили канадцы и бразильцы. И это очень тревожно, потому что земля начала работать в несвойственном ей растительном режиме. Температура воздуха повышается, и у нас постепенно начинает воссоздаваться венерианская атмосфера. Учитывая, что пол-России находится в зоне вечной мерзлоты, мы просто уплывём. Норильск развалится.

- И что делать?

- Сейчас в долине реки Муя в Бурятии сотрудники моей лаборатории собирают древесину, которой от 5 до 9 тысяч лет. Этой осенью к нам подключаются учёные из Щвейцарии, и по изотопному анализу деревьев мы будем восстанавливать газовый состав атмосферы за последние 9 тыс. лет. Сколько было кислорода и углекислого газа, как менялись пропорции и были ли случаи, какие мы наблюдаем сейчас. Если были, тогда мы можем немножечко успокоиться. Если этого не было - должны насторожиться. Если сильно досадим биосфере, то она сделает так, что род человеческий угаснет, и всё начнётся сначала. Ведь есть же гипотезы о том, что мы не первая цивилизация на Земле. Вот такие мрачные прогнозы, которые пока, слава богу, кажутся несбыточными.

Смотрите также:

Оставить комментарий (0)

Также вам может быть интересно

Загрузка...

Топ 5 читаемых

Самое интересное в регионах